Я не оставляю попыток привить высокооктановый вкус публике. Правда, иногда я отвлекаюсь на такие, конечно, в каких-то своих проявлениях высокодуховные вещи, как посиделки с Полупановым, и игнорирую миссию, с которой я спустился с небес на Землю — говорить вам, что такое хорошо и что такое плохо в смысле потребления продукции.
Я бился-бился, как рыба об лед, утверждая, что группа Take That не просто мальчуковая группа, что в каждом из них потенциал, даже больше чем в Стасе, прости Господи, Пьехе. Я утверждал и утверждаю в свои 99 лет, будучи уже вопиющим в пустыне, что эта группа — эталон любовной лирики, что Гари Барлоу, чуть менее, конечно, талантливый, чем Серега Пенкин (поскольку Пенкин читает портал TopPop.ru, я решил ему передать привет). И он, будучи менее талантливым, чем С.П., тем не менее, является человеком, который сочиняет композиции, полные воздуха.
На днях, прочитав на одном из популярных порталов, который нам в подметки не годится, что Гари Барлоу, оказывается, гей, я, зная имя автора, понимаю, что у автора шаткая карьера в области словосочинения, и ему надо как-то убить двух зайчиков, и оба зайчика грузинского происхождения. А) утереть нос мне в моей убежденности, что Гари Барлоу, кроме того еще и парень, умеющий любить женский пол. Б) в глазах главного редактора заработать капиталец под названием «я ранний Отарик». И я поэтому не так болезненно реагирую. Я ведь читал про себя такое..., например, что у меня после полуночи из ноздрей вылезают змеи. Мне Лера Кудрявцева посреди ночи звонила, когда я был на гастролях с программой «Музобоз», и сообщила об этом. Я схватился за нос — змей не было. Я был крайне собой недоволен, что не оправдал надежд написавшего про ноздри как место обитания змей.
Но когда дело касается моих друзей (а Гари Барлоу — заочно мой друг), я имею честь сказать вот что: если Гари Барлоу — гей, тогда Борис Акунин — это богоматерь с четырьмя сосками, Андрей Аршавин — футболист кутаисского «Торпедо», а Мел Гибсон — умный парень, хотя на самом деле он идиот, потому что связался с русской девушкой. И я не намерен оборонять того, кто в обороне не нуждается.
Альбомы, изданные после реюниона, как сказал бы поздний Легостаев, а по-русски говоря, воссоединения группы Take That говорят сами за себя. Я хотел приехать в офис к Евгению Фридлянду и всучить его молодым артистам эти диски (второй альбом Circus) на предмет штудирования. Как я штудирую умные книги, чтобы эти артисты FBI Music проштудировали, как парни после 10-летнего перерыва могут сочинять эти самые композиции, полные воздуха.
Я мог в этой колонке, до публикации моего программного обращения, которое появится на днях на портале TopPop.ru, осветить много тем, но самая главная тема — это позор, в который нас окунули ублюдки, поехавшие на матч Андорра-Россия. Когда они ограбили огород какого-то местного парня с издевательским именем Пепе, ограбили его, обоссали его огород, потом, поживившись там фруктами, забросали этими фруктами газон очень маленького даже по европейским меркам стадиона и еще поднимали над своими пустыми ублюдочными головами стяги с надписями: «Мы из Орла», «Мы из Перми».
Мы и так посмешище в глазах всего мира, если кто сомневается — поезжайте через Шереметьево-2 в любую свободную европейскую страну — вас будут считать идиотом только потому, что у вас российский паспорт. И когда ты наблюдаешь такую картину, и на стадионе очень маленьком зычные крики, а Андорра — маленькая страна, еще меньше, чем мой родной город Кутаиси, обдуваемая розой ветров. И если там кричат одно слово — в Скандинавии слышно. Своим поведением они меня опозорили. А ведь я, даже после того, как мне была закрыта дорога после Португалии в европейские страны, хочу ездить туда и хочу быть представителем страны, где играл в теннис Марат Сафин, где Михаил Идов публикует произведения свои на русском языке, которые на зубах застревают, которые ты кушаешь, даже не впитываешь, а обгладываешь как косточку вкусную. Я хочу быть представителем страны, где я издам книгу 10-го октября, написанную языком, по которому никто не догадается, что этим языком владеет человек, 22 года не говоривший по-русски. Я хочу жить в стране, которая все-таки выйдет в финальную часть чемпионата Европы. Но последний позорный матч нашей сборной, не сумевшей одолеть словаков, отняла у меня эту надежду. Никакие голландские тренеры нам не помогут, если мы просто не научимся играть в футбол.
